Пенсионная реформа 2018 года – это попытка сократить дефицит за счёт сокращения количества пенсионеров

4 декабря 2020

Два года прошло с тех пор, как в нашей стране подняли возраст ухода на пенсию. 19 ноября депутат Госдумы Сергей Миронов на заседании российского парламента назвал систему пенсионного страхования в России «людоедской», пенсионную реформу провалившейся и заявил, что нынешнее положение с пенсиями будет только ухудшать финансовое состояние россиян, лишая их надежд на достойное обеспечение в старости. Его слова вызвали бурное обсуждение по всей стране. Корреспондент «МК» в Саратове» смог взять у Миронова интервью, народный избранник подробно прокомментировал свою позицию для нашего издания:

 

– Сергей Михайлович, как можно расшифровать ваши слова о провале пенсионной системы России, и какова здесь роль пенсионной реформы 2018 года?

– Эксперты РАНХиГС подсчитали, что в будущем, не очень далёком, пенсии будут составлять в среднем 27% от зарплаты (сейчас – 34%). О достойной старости говорить не приходится. Но даже на выплату таких маленьких пенсий в ПФР нет денег. Фонд ежегодно берёт из госбюджета 3 триллиона рублей – почти половину от необходимых 8 триллионов. Это после замораживания накопительных пенсий и индексаций пенсий работающим пенсионерам.

Реформа 2018 года – лишь ещё одна попытка сократить этот дефицит за счёт сокращения количества пенсионеров. Эксперты РАНХиГС предлагают ужесточить правила досрочного выхода на пенсию (чтобы пенсионеров стало ещё меньше) и повысить взносы в Пенсионный фонд от 22% до 25%. Последнее предложение сопровождается прекрасной формулировкой: «не несёт политических рисков». В переводе это означает «люди не заметят». Заметят! Как замечают, что богатые отчисляют в ПФР 10% вместо 22%.

Все проблемы решаются только за счёт самих пенсионеров. Как и повышение пенсионного возраста: человек, 40 лет проработавший на заводе, не стал моложе и здоровее от того, что «Единая Россия» приняла новый закон и отняла у него пенсию под предлогом, что деньги нужны другим пенсионерам.

 

– Главные аргументы в пользу тезиса о ликвидации Пенсионного фонда?

– Таких аргументов три. Первый: пенсии и так уже фактически платят из госбюджета, поскольку больше трети своих средств ПФР получает оттуда.

Второй: фонд неэффективно расходует средства. Раздутый штат, здания-дворцы для местных отделений, техническая инфраструктура, огромные зарплаты руководителей. А самое главное – эти затраты не окупаются работой! Проверки Счётной палаты недавно обнаружили, что информационная система ПФР даёт сильнейшие сбои: то платят пенсии умершим, то заводят несколько счетов на одного человека, то один счёт на разных людей. Как можно доверять такой организации пенсионные сбережения?

Третий: ПФР не по назначению использует пенсионные накопления. Фонд вкладывал основу будущих пенсий россиян в так называемые институты развития – квазигосударственные структуры, где бюджет тратили на огромные зарплаты руководителей. Хорошо, что наконец-то Правительство Мишустина обратило на это внимание.

Зачем отдавать 22% своего дохода фонду, чтобы эти деньги шли то на пенсии умершим, то на строительство дворцов, то в какие-то мутные структуры. Деньги из бюджета без всяких фондов пойдут напрямую на выплаты пенсий без лишних расходов. Меня упрекают: будет нарушен «страховой принцип пенсий». Людям не нужен «страховой принцип», им нужна гарантия достойной старости.

 

– Что скажете по поводу дальнейшего замораживания компенсаций по вкладам прежних лет?

– Я и мои товарищи (большинство коллег по Госдуме нас в этом не поддерживает) считаем, что долги людям надо выплачивать постепенно в небольших объёмах: не менее 2,3% от общей суммы долговых обязательств ежегодно. Понятно, что вернуть все долги в один момент государство не может. Но за внешние долги СССР Россия рассчиталась, а кому-то даже, наоборот, их простила. А про своих граждан «забыли» – это идеологически неправильно.


Источник: "Московский комсомолец в Саратове" (Саратов). - 03.12.2020