Приветственное слово на заседании Экспертного совета фракции СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ на тему "Парижское соглашение: нужна ли ратификация России?"

22 марта 2019

Добрый день, друзья и коллеги!

Дело в том, что я занимаюсь проблемой под названием «изменение климата» много лет. В своё время я входил в комиссию Социалистического интернационала по устойчивому развитию, где было три секции, и одна из них была посвящена изменению климата. В рамках этой комиссии я посещал Антарктиду и другие точки нашей планеты. По первой профессии я инженер-геофизик и понимаю предмет, знаю, что стоит за теорией потепления климата. И прекрасно помню историю с озоновыми дырами. Многие присутствующие помнят ту дискуссию, международные соглашения, в результате которых выиграла фирма Dupont. А потом оказалось, что антропогенного воздействия на озоновые дыры нет.

Поэтому мы пригласили вас обсудить проблему предстоящей ратификации Парижского соглашения. Причём Министерство природных ресурсов и экологии Российской Федерации уже сообщило, что внесло в Правительство РФ предложение о ратификации. Кроме того, известно, что там активно готовится законопроект о квотировании парниковых газов для нашей страны.

Соглашение было подписано от имени России в апреле 2016 года и вступило в силу в ноябре 2016 года. Сегодня этот документ ратифицировали более 190 стран, при этом о выходе из него объявили США и Бразилия, а о несогласии ратифицировать на нынешних условиях заявила Турция. Многие государства заявили свою позицию, ориентируясь на национальные интересы. Их национальные интересы могут не совпадать с нашими, но в качестве примера мы это видим.

Что же касается России, то в вопросе ратификации отчётливо прослеживаются два тренда, внушающих как минимум тревогу. Первый – это серьёзное давление в пользу скорейшей ратификации соглашения, причём именно в текущем 2019 году. Только давлением можно объяснить странную смену позиции Российского союза промышленников и предпринимателей, ещё пару лет назад предупреждавшего о рисках документа для российской промышленности, а полтора месяца назад официально поддержавшего ратификацию. На лету переобулись и стали апологетами скорейшей ратификации.

Второй – это непонятный разрыв в восприятии соглашения между руководством страны и профильными ведомствами. Осенью прошлого года Президент Российской Федерации заявил, что он не видит антропогенного воздействия в проблеме изменения климата. Президент сказал, но все, кто работает в этом направлении, гнут свою линию, считая, что Парижское соглашение – это панацея.

Напомню, что, когда готовились решения по ратификации Киотского протокола, в течение двух лет организовывались массовые публичные обсуждения на самых разных площадках. Мы видели, что государство и общество волнуются, были разные точки зрения. Но сегодня, похоже, заседание Экспертного совета – это первая публичная попытка обсудить данную проблему. А потом, как снег на голову, прилетят одновременно и вопрос ратификации, и принятие соответствующего закона. Я с трибуны Государственной Думы ФС РФ в начале весенней сессии предупредил, что будет реально происходить.

Конечно, мы понимаем, что есть геополитика. Я сам десять лет был членом Совета безопасности России и понимаю, что иногда нужно чем-то поступиться, чтобы где-то выиграть. Кстати, так было с Киотским протоколом. Напомню, что в 2010 году Дмитрий Медведев был президентом, он очень чётко сказал, что прежде чем делать дальнейшие шаги, нужно сделать две вещи. Во-первых, обязательно учесть в зачёт кислородного обогащения леса РФ. Во-вторых, участие в соглашении всех стран мира. Когда Дмитрий Анатольевич был президентом, он свою позицию высказал, а сегодня его подчинённые из различных ведомств забыли его слова. Мы ни на одной площадке даже не заикаемся об этом – всё подписать, да побыстрее. Зачем? Абсолютно непонятно.

Я считаю, что сегодняшний разговор очень важен и нужен. Я рассчитываю на откровенность. Давайте не будем прятаться за дипломатическими формулировками. Здесь присутствуют люди с разными точками зрения, и это правильно. Для этого мы и проводим заседания Экспертного совета.