Выступление на 81-м заседании Совета Федерации 30 января 2002 года

30 января 2002

Уважаемые коллеги! Голосованием по новому регламенту и персональному составу комитетов и комиссий мы фактически завершили процесс формирования Совета Федерации в соответствии с законом от 5 августа 2000 года.

Новых руководителей палаты и ее структур поздравляю с обретением высоких полномочий. Желаю вам в течение всего срока их действия оправдывать наше общее доверие!
Сегодня мы с вами делаем еще один шаг по пути развития российского парламентаризма!

Состав и структура Совета Федерации сильно изменились, но уверен, что влияние нашей палаты на законотворческий процесс, на ход государственных дел не уменьшится. Более того, убежден, что это влияние будет расти. Оно должно стать качественно иным, более конструктивным и более понятным обществу, как в сфере законотворчества, так и в построении отлаженного механизма взаимоотношений центра и регионов.

По сути, мы вдохнули жизнь уже в третью модель Совета Федерации. Закончился период его плавного трансформирования в профессионально действующий законодательный и представительный орган.

Хотел бы подчеркнуть, что избранный более года назад механизм такой трансформации позволяет сегодня говорить о преемственности в работе Совета Федерации. Мы должны отдать дань уважения коллегам, передавшим нам эстафетную палочку.

К сожалению, эта палочка — не волшебная. И по ее мановению мы не сможем в одночасье превратить Россию в край сказочного благоденствия. Придется, коллеги, работать, не покладая рук. От нас ждут такой работы наши сограждане, субъекты Российской Федерации, все ветви государственной власти, общество.

Не сомневаюсь, что наш коллективный разум, аккумулирующий весь профессионализм, весь опыт членов Совета, справится с вызовом времени!

Для этого у нас есть весомый потенциал. Достаточно взглянуть на новый состав палаты. В наших рядах — 64 человека с ученой степенью, в том числе 28 докторов наук, 71 руководитель государственных органов и учреждений, 49 руководителей крупных предприятий и организаций. 68 сенаторов имеют опыт парламентской деятельности, в том числе 32 — на федеральном уровне.

Вместе с тем с первых дней нашей совместной работы я хотел бы сделать несколько предупреждений. Или, пользуясь данной мне властью председателя, объявить сразу три моратория.

Мораторий первый. Он объявляется на превращение нашей палаты в общество взаимного восхищения друг другом. Мы это уже проходили и знаем, к чему оно приводит. В палате не должно быть и не будет ни зон, ни персоналий, свободных от критики. Под персоналиями я подразумеваю и руководство палаты, включая ее председателя.

Мораторий второй. Он объявляется на другую крайность. Мы — верхняя палата парламента, и внепарламентские методы дискуссий для нас неприемлемы. Мы это тоже проходили, а кто не проходил, тот достаточно насмотрелся по телевизору.

Мораторий третий. Он объявляется на безрезультативность нашей деятельности. Критерием деятельности любого комитета, любой комиссии, любого структурного подразделения, любого работника Совета Федерации должен быть непременно конечный результат, и только он. Другие критерии в расчет приниматься не будут.

Сенат — это время на размышление. Сенат нужен для того, чтобы спокойно, без гнева и пристрастия, взвешивать законопроекты, рождающиеся в пылу баталий нижней палаты, и давать им оценку как законченным произведениям. И здесь я должен еще раз высказать свою точку зрения: главными структурными подразделениями Совета Федерации являются комитеты и комиссии. И именно они должны быть поставлены во главу угла как во всей смысловой работе Совета Федерации, так и в ее структурно-кадровой организации.

В основу новой организации палаты обоснованно положены три основных принципа. Во-первых, возможно более точное отражение ее конституционных полномочий. Во-вторых, сохранение преемственности. И, наконец, в-третьих, создание более функциональной структуры, приближенной к структуре комитетов Государственной Думы.

На первый план в деятельности Совета Федерации выходят задачи систематизации действующего законодательства, устранения противоречий между нормами законов и установления более строгих процедур в правотворчестве.

Но нас должно волновать состояние не только законодательной базы, но и правоприменительной практики. Отсюда необходимость постоянного взаимодействия с судебными органами и прокуратурой, более ответственный контроль за должностными назначениями в этих структурах.

Фундаментальная задача — организация долгосрочного планирования законотворческой деятельности, включая системную координацию инициатив регионов.

При этом речь не идет о каком-то вмешательстве в компетенцию регионального законодателя или местного самоуправления.

Нам предстоит выступить в роли координатора законотворчества по предметам cовместного ведения Российской Федерации и ее субъектов, выполнить просьбы и прямые поручения своих регионов о методической помощи в их деятельности по работе с проектами Федеральных законов. Опыт такой работы, кстати говоря, накоплен в Совете Федерации немалый.

Я уже выдвигал (на встрече с региональными законодателями в Госдуме 21 января) предложение о координации законодательной деятельности палат Федерального Собрания и законодательных органов власти субъектов Федерации и создании в этих целях специального рабочего органа.

Много в последнее время говорится об опасности параллелизма в нашей работе с Государственной Думой, о каком-то “перетягивании одеяла”, о соперничестве — кто главнее. Надеюсь, что эти досужие разговоры затихнут, когда всем станет очевидна роль нового Совета Федерации в обеспечении государственно-правовой стратегии России. Эта роль обусловлена особым конституционным статусом нашей палаты, воплощенном в самом названии — Совет Федерации.

Термин “Совет” предполагает совещание всей Федерации, коллегиальность в работе. Термин “Федерация” подчеркивает, что это Совет “Российской Федерации” — нашего государства. И наша функция — решение общегосударственных проблем России как федеративного государства.

С другой стороны, слово “федерация” и сам принцип делегирования в палату представителей субъектов Федерации означают их равноправность, участие в управлении государством на равных основаниях.

Укрепляя сотрудничество в законотворческой сфере, Совет Федерации и Государственная Дума должны стать палатами действительно единого органа — Федерального Собрания, образно говоря, двумя крыльями нашего державного орла.

Что для этого требуется?

Во-первых, Совет Федерации должен активнее использовать право законодательной инициативы.

Во-вторых, найти формы участия в работе над законопроектами еще на стадии их прохождения в Государственной Думе, совершенствовать согласительные процедуры.

Среди самых острых проблем была и остается ликвидация пробелов в социальном законодательстве. И, прежде всего, в той части, которая связана с государственными социальными гарантиями, и в частности, с оплатой труда. Давайте не забывать, что в принятом нами Трудовом кодексе записано: “минимальная заработная плата не может быть ниже размера прожиточного минимума трудоспособного человека”. Но механизма достижения этой цели как не было, так и нет.

В таких случаях необходимо уметь возвращаться назад, рассматривать систему регулирования социальных показателей в целом, вместе с правительством и регионами выходить на компромиссное решение. Поэтапное повышение минимальной заработной платы в стране должно утверждаться законодательно и в разумные сроки.

Не менее важные проблемы нам предстоит решать в законодательном обеспечении защиты интересов человека труда, создании механизма эффективной занятости населения, регулировании трудовых отношений, социальной поддержки молодежи, охраны материнства и детства, заботы о пожилых людях. Подобных проблем очень много. Но отвернуться от них — значит уйти от самой жизни, порвать связь с простыми людьми, со своим народом. Поэтому решение социальных вопросов всегда будет для всех нас приоритетной задачей.

Все более важное значение приобретает международный аспект деятельности Совета Федерации. Реалии международной жизни подвергают сегодня испытанию на прочность не только позиции отдельных государств и целых регионов, но, что особенно значимо для России, стабильность внутри самих стран.

Я напомню вам, уважаемые коллеги, что 46 из 89 субъектов Российской Федерации имеют общую границу с иностранными государствами. На сегодняшний день 82 российских региона поддерживают отношения с территориальными образованиями в 77 странах. Внешние связи субъектов Федерации стали действенным самостоятельным каналом международных контактов России. Вместе с тем очевидно, что несогласованные действия субъектов Федерации, их выход за рамки своих полномочий могут негативно сказываться на престиже нашей страны за рубежом. Так что есть совместное поле деятельности в плане тесной координации усилий центральной и региональных властей в области внешних связей.

Согласование норм российского права с изменениями в отраслях международного права, затрагивающими интересы России, — сфера особая и, хочу подчеркнуть, достаточно новая для нас. Проверкой нашего профессионализма в ближайшее время станет системная подготовка законодательной базы для присоединения России к Всемирной Торговой Организации.

В числе приоритетных должна остаться и работа по укреплению парламентской составляющей внешней политики, развитию межпарламентских связей и контактов как на двухсторонней, так и на многосторонней основе, участию членов Совета Федерации в работе международных парламентских организаций. Вместе с тем хотелось бы предостеречь от случаев откровенного “парламентского туризма”.

Никто не будет оспаривать тот очевидный факт, что конечным продуктом деятельности Совета Федерации является документ: закон, постановление, обращение, распоряжение, доклад, аналитическая справка и т. д. На первом месте здесь стоит качество их подготовки. Имеющаяся техническая база, высокопрофессиональные специалисты позволяют вести такую работу. Задача комитетов, комиссий — разумно использовать имеющийся интеллектуальный потенциал аппарата Совета Федерации. А он очень высок — сейчас у нас в аппарате трудятся 30 докторов и 111 кандидатов наук.

Не вызывает сомнения, что государственная служба в аппаратах парламента является особым видом федеральной государственной службы.

Проблема формирования и эффективного использования кадрового потенциала государственных служащих является сегодня одной из актуальных и наиболее значимых. Поэтому главными направлениями практической реализации кадровой политики в аппарате Совета Федерации должны быть совершенствование процесса приема на государственную службу, обеспечение постоянного приобретения государственными служащими новых профессиональных знаний и поддержание высокого профессионального уровня.

И, наконец, об условиях нашего труда. Надеюсь, что принимаемые в настоящее время усилия позволят нам в ближайшей перспективе получить в распоряжение верхней палаты российского парламента новое здание, в полной мере отвечающее всем современным требованиям.

В целом информационное, материально-техническое обеспечение, сам статус каждого члена Совета Федерации должен быть адекватным уровню решаемых задач. Для меня это аксиома.

Однако здесь я должен сделать существенную оговорку: при всей масштабности и сложности задач по переводу деятельности Совета Федерации на постоянную основу, мы должны помнить о необходимости экономного и бережного расходования средств федерального бюджета, заботиться об эффективности затрат, целесообразности тех или иных проектов.

Уважаемые коллеги!

Стабильное, развивающееся российское государство возможно только на базе нового федерализма, преодолевающего крайности как унитаризма, так и сепаратизма. Мне представляется, что миссия Совета Федерации — способствовать укреплению федеративной модели государственно-правовой самоорганизации России, единства ее политического, социально-экономического и культурного пространства.

Время подгоняет нас. Но мы не должны подгонять время. Это, пожалуй, тот исключительный случай, в котором я не хочу видеть обратной связи.

В заключение позвольте произнести старое, традиционное напутствие, которым в России осеняют начало любого благого деяния:

— В добрый путь!

Сергей МИРОНОВ, Председатель Совета Федерации